Публикации »

ЧВЭ и ЧНЭР российской энергетики. Часть 3

В продолжение темы развития энергосберегающих технологий в энергетике России[1], предлагается к рассмотрению влияние перекрестного субсидирования на энергоемкость для электроэнергетической отрасли, а именно — для ГРЭС и магистральных распределительных сетевых комплексов МРСК, МЭС, ФСК. Особенность проблемы энергоресурсосбережения в электроэнергетическом комплексе заключается в том, что, игнорируя негласный, но главнейший закон энергетики — «закон неразрывности производства и потребления» электрической, тепловой энергии, государственный регулятор на рынке энергии сформировал принципиально противоречивые и недостижимые условия по снижению энергоемкости энергетического товара — мощности, энергии и резерва мощности.

 

Что такое энергоемкость транспорта энергии

МРСК по своей сути являются самыми крупными потребителем самой затратной и энергоемкой конденсационной электрической энергии класса F (рис. 1) для своих нужд, уступая по объемам потребления таким гигантам, как, например, алюминиевая промышленность. Объем потребления энергии для нужд сетевого комплекса, составляющий порядка 7–9% от объема пропускаемой энергии, по своему значению настолько велик, что равен потреблению электрической энергии целых областей. Так, к примеру, в ОАО МРСК Сибири уровень потребления электрической энергии для своих нужд составляет порядка 8,1 млрд кВт ч/год, что эквивалентно заявленной электрической мощности более 1 200–1 400 мВт.

До 90–92% потребляемой энергии (суммарной мощностью более 1 100–1 300 мВт) — это энергетические нужды для компенсации технических потерь, которые неразрывно участвуют в технологии преобразования и транспорта электрической энергии. Это прежде всего нагрузочные потери в линиях электропередач, на холостой ход трансформаторов, нагрузочные потери силовых трансформаторов и реакторов и т. д. Уровень технических потерь определяется техническими решениями, которые были приняты при принятии проектных разработок, учитывающих: проектную и фактическую мощность транспортных сетей, уровень напряжений, степень надежности и резервирования, протяженность электрических сетей, топологию электрической схемы, суточный, сезонный график потребления активной и реактивной энергии, наличие компенсирующих устройств в сети и т. д.

До 10–8% потребляемой энергии (суммарной мощностью более 110–160 мВт) — это потери электрической энергии на производственные, собственные и хозяйственные нужды. Основную долю этих потерь, до ~ 65%, составляют тепловые потребности: обогрев помещений распределительных устройств, обогрев баков масляных выключателей, обогрев приводов выключателей и т. д.; до ~20% этих потерь — это потребность для освещения помещений и территории; относительно небольшую величину, до 15%, составляет расход электроэнергии на лаборатории, механические мастерские, гаражи и т. д. В отличие от технических потерь, эти нужды не являются неразрывной частью процесса преобразования и транспорта электроэнергии, проявляют себя как сопровождающие затраты и зависят только: а) от вторичных технических показателей — температуры наружного воздуха, объема зданий и помещений, сезонного суточного потребления, б) от третичных показателей — наличия автомобильного гаража, складских помещений, сервисных служб, объемов постоянного или периодического обслуживания и т. п.

С точки зрения снижения энергоемкости внутреннего валового продукта МРСК главной отличительной чертой этих потерь является то, что они могут быть заменены товарами-заменителями. Самый затратный энергетический товар класса F — конденсационная электрическая энергия ГРЭС, используемая для электрического обогрева, с затратами первичного топлива более чем на 270%. Его можно заменить на товар класса B1 с большей энергетической эффективностью: тепло от котельной с затратами первичного топлива 120% либо от тепловых насосов с затратами первичного топлива 65%; сбросное тепло от отборов турбин А2 с затратами первичного топлива не более чем 35%, сбросное тепло силовых трансформаторов А1 с затратами первичного топлива не более 7%.

Существующая тарифная политика в области электроэнергии привела де-факто к тому, что участникам сетевого комплекса нет экономической целесообразности заниматься вопросами снижения энергоемкости. Вопросы экономии первичного топлива у производителя энергии и вопросы снижения энергоемкости за счет высвобождения заявленной мощности сетевого комплекса являются неизученными из-за отсутствия нормативных документов, регламентирующих использование сетевым комплексом высвободившихся мощностей энергетических активов.

ЭНЕРГОЕМКОСТЬ ПРОДУКЦИИ — показатель, характеризующий расход энергии на единицу продукции или валового внутреннего продукта (ВВП), — в целом рассчитывается как отношение затрат (обычно за год) первичных топливно-энергетических ресурсов к объему валового общественного продукта, а по предприятиям — по отношению к объему товарной продукции. В расчет включаются все виды топлива и энергии, потребленных на производственно-эксплуатационные нужды, электрической и тепловой энергии, израсходованной на технологические нужды, пересчитанной в тонны условного топлива по единым в стране эквивалентам, коэффициентам пересчета. При определении энергоемкости учитывается потребление всех видов топлива и энергии по всем направлениям расхода, включая отопление, вентиляцию, водоснабжение, потери в сетях, независимо от источников энергоснабжения.

 

 

Приведем определение показателей энергетической эффективности из Федерального закона №261 «Об энергосбережении…»:

- энергосбережение — реализация организационных, правовых, технических, технологических, экономических и иных мер, направленных на уменьшение объема используемых энергетических ресурсов при сохранениисоответствующего полезного эффекта от их использования (в том числе объема произведенной продукции, выполненных работ, оказанных услуг).

Действительно, как видно из текста ФЗ №261 и Указа Президента РФ №889, законодатель не привел прямого описания показателя, что такое энергоемкость ВВП, энергоемкость валового продукта сетевого распределительного комплекса. Однако исходя из показателей Государственной программы энергосбережения и повышения энергетической эффективности на период до 2020 года видно, что энергоемкость ВВП России определяется затратами первичного источника энергии — суммарного расхода условного топлива, необходимого для производства валового внутреннего продукта. Именно «первичной» энергии в виде топлива, а не вторичной энергии в виде электрической энергии, как это видят большинство менеджеров электроэнергетики. Как видно на рис. 1 именно такой подход позволяет выявить и разработать энергоэффективные мероприятия в электроэнергетике.

Сегодняшние методы анализа эффективности работы сетевого распределительного комплекса абсолютно не отражают миссию энерготранспортного предприятия! В качестве примера неэффективности существующего метода анализа и нормирования энергоемкости рассмотрим показатели потерь электроэнергии в сетях 110–0,4 кВ сибирских регионов по итогам 9 месяцев 2010 года[1].



[1]Показатели потерь электроэнергии в сибирских регионах в сетях 110–0,4 кВ по итогам 9 месяцев2010 г. Журнал «Энергосбережение в Сибири», №2,2010 г., стр. 1–2



[1]А. Б. Богданов «О принципах анализа маржинальных издержек». «Энергорынок», №6, 2009 г., стр. 47–52. http://exergy.narod.ru/er2009-06.pdf

Потери ЭЭ в сетях 110–04 кВ за 9 месяцев2010 г.

млн кВт.ч

%

Тюменская область*

1 273,4*

2,38

Томская область

388,7

7,91

Красноярский край

1 729,5

12,65

Иркутская область

869,4

6,94

Забайкальский край

544,3

21,38

Республика Бурятия

500,4

19

Республика Тыва

136,3

29,67

Республика Хакассия

327,2

3,51

Республика Алтай

76,1

19,88

Алтайский край

601,7

9,77

Кемеровская область

825,9

4,69

Новосибирская область

1 215

12,66

Омская область

516,9

7,86

*Данные с учетом ВЛ-220 кВ

Как видно из таблицы, процент потерь изменяется более чем в 10 раз — от 2,38% для Тюменской области до 29,67% для Республики Тыва! Какой же вывод можно сделать по показателю потерь электроэнергия в сетях! Да, ничего сказать невозможно! Сетевому комплексу Республике Хакассии повезло: алюминиевые заводы находятся рядом с источниками энергии, и им с показателями 3,51% уже сейчас можно отчитаться о выполнении показателей Программы Правительства России по снижению энергоемкости вплоть до 8,3% в 2020 г. и не заниматься вопросами снижения энергоемкости транспорта электроэнергии. А вот Республике Тыва круто не повезло! На ее территории нет мало-мальски серьезного источника электрической энергии, и есть очень длинные линии. Поэтому говорить о снижении потерь до 8,3% не приходится! Остается испытанный и надежный способ улучшения показателей в целом по сетевому комплексу — за счет технологического перекрестного субсидирования электрических сетей Республики Тыва, Республики Бурятии, республики Алтай, Красноярского края, Забайкальского края и за счет электрических сетей республики Хакассии.

Есть и другой способ достижения поставленной цели — отказаться от существующего метода анализа показателей эксплуатационных затрат на основе «условных единиц» и внедрить старые, но забытые методы, отражающие миссию основной задачи: передача и преобразование электрической ЭНЕРГИИ И МОЩНОСТИ конечным потребителям.

Проблема — как не перевести кровь на воду!

Как не ограничиться только энергосберегающими лампочками и создать экономические условия, чтобы каждый  потребитель сам был заинтересован в снижении энергоемкости.

 

Проблемы

1) Двойственная форма энергии в виде высококачественной эксергии (электроэнергия) и низкокачественной анергии (сбросное тепло турбин) вызывает скрытое перекрестное субсидирование в виде абсурдной системы тарифообразования на тепловую и электрическую энергию, не позволяющую окупать самые эффективные технологии по снижению энергоемкости.

2) Энергоемкость в виде первичного показателя в расходе топлива и энергосбережение в виде вторичного показателя в виде энергии — это хотя и созвучные, но разные понятия с различиями в расходе первичного топлива до 3–9 раз! Со школьным образованием и поверхностным институтским образованием здесь делать нечего!

3) Кому верить? Многообразие правильных слов и лозунгов — трудно выделить приоритеты для выбора конечной цели.

4) Не перевести бы «кровь на воду». Куда эффективно вкладывать деньги на снижение энергоемкости?

5) Неопределенность методов оценки энергоемкости энергетики России.

 

Неопределенность ответственности за энергоемкость:

- программа в 3-й редакции В. В. Путина исключает конкретные показатели эффективности в виде % потерь энергоемкости и заменяет на многословные общие таблицы в виде километров ЛЭП;

- во 2-м чтении закона указаны слушания до 15 мая по энергоемкости — были количественные  показатели;

- неопределенность регулятора ФСТ, РЭКа за снижение энергоемкости.

 

Энергетика — не рыночный товар, а средство управления выборами

Противоречие между политическими целями в виде тарифов и энергоемкостью и неопределенность ценности показателя энергоемкости для страны:

- да, лампочки накаливания, от которых зависит не более 2% потерь, мы поменяем на энергоэффективные, да, мы закроем все электроламповые заводы, производящие лампы накаливания;

- но менять провода, где теряется порядка 70–80% потерь, менять не будем: из программы энергосбережения процент потерь в электрических линиях исключен;

- регулятор внесет в тариф, тогда заменим

 

Что надо делать?

- познавать разницу между энергоемкостью и энергоэффективностью и не самоограничиваться только энергоэффективностью;

- принимать решения и отвечать, а не отмалчиваться, как это делается со стороны ФСТ и РЭКа.

 

Выводы и предложения:

- права без ответственности — это аморально: необходимы не только права, но и конкретная ответственность по достижению конкретных показателей;

- необходимо обеспечить условия для формирования рынка комплиментарной энергии.

Автор: А. Б. БОГДАНОВ
Дата: 26.03.2012
Журнал Стройпрофиль 95
Рубрика: энергосбережение




«« назад